ТОП-10
кассовых сборов

Бежать или забыться? Спасаться ль, зная, что обречен? Молчать, когда отдан приказ о молчании, или услышать приказ сердца? Эти вопросы мучают героя фильма Александра Миндадзе «В субботу», одним из первых оказавшегося в эпицентре чернобыльской катастрофы. Попасть на место трагедии вместе с ним зрители смогут с 24 марта 2011 года, когда картина выйдет в российский прокат (дистрибьютор – «Кино без границ»).

Говоря о своей ленте, Александр Миндадзе всегда делает акцент на том, что «В субботу» - фильм не о катастрофе, а о человеке, который, став ее очевидцем, мечется и не знает, как дальше быть. Бежать, скажите вы. А что, если обстоятельства помешают это сделать? Нет, не сломавшийся каблук подруги Веры (Светлана Смирнова-Марцинкевич) останавливает Валеру Кабыша (Антон Шагин). Но что тогда? На этот вопрос автор предлагает ответить зрителю, и вариации ответа могут быть самые разные. Дважды на протяжении первой субботы после катастрофы герой оказывается на вокзале города Припять и не запрыгивает на проходящий поезд. Не хочет ехать один? Да, безусловно, если Вера – единственный человек, которому он, нарушив приказ партийного начальства, решается сообщить о масштабах катастрофы, - обманывает его. Но к чему бежать, осознавая, что смертельную дозу облучения уже получил? Не лучше ль утопить отчаяние в безумии?

Именно отчаянное безумие обреченных героев, классический пир во время чумы, становится основным наполнением фабулы фильма «В субботу». На это безумие работает и чересчур динамичная камера оператора Олега Муту, превращая жанр картины в фильм-бег, фильм-порыв. Словно мы сами бежим вместе с героем из чернобыльского ада, ощущая смертельный привкус металла во рту. Безумие нарастает на протяжении всего фильма и, достигнув своего пика, сгорает, оставляя место одному лишь отчаянию и безысходности. Но за этим безумием проступает история возвращения главного героя к самому себе. Будто столкнувшись со смертью глаза в глаза, Валера сбрасывает маску партийного функционера, которая за пять лет преданной службы так и не стала его собственным лицом.

Здесь, в ресторане на свадьбе лучшего друга, подменив пьяного барабанщика, он садится за барабаны и превращается в Джонни – крутого ударника местной рок-группы – того, кого он тщетно пытался задушить в себе, покинув своих соратников-музыкантов. И кульминацией этого возврата становятся обессиленно пропетые строки из английской песни – точка в его партийной карьере.

Здесь, в ресторане, среди бывших друзей Валера-Джонни и раскрывается по-настоящему. «Ребята, я с вами, я свой!», - как бы все время кричит он. И обнимает приятелей, и выпивает с ними (хотя давно уже в завязке), и даже бьет одного из них как бы не всерьез, и крепко прижимает к груди бутылки с красным вином, которые добыл для них. Недаром говорят, что в минуты катастроф, войн, кризиса люди открываются с лучшей стороны. И суббота после катастрофы становится своего рода звездным часом для Кабыша. И уже отпадает сам собой вопрос, почему он не садится на поезд. Зачем ему туда одному, когда вся его жизнь, все, что дорого, здесь, в ресторане…