Венеция 2026: «Компания» Кейси Аффлека — готическая матрешка

8 сентября в основном конкурсе 83 Венецианского кинофестиваля прошла премьера фильма «Компания» / «Company» — третьей режиссерской работы Кейси Аффлека и его первой картины, претендующей на Золотого льва. 

Лента начинается вызывающе старомодно — зимняя ночь, чужак на пороге, люди в доме и история, которую один человек рассказывает другим. Но вскоре выясняется, что перед нами не одна история, а целая система вложенных рассказов, уходящих все дальше в прошлое. Аффлек превращает хорошо знакомый сюжет «страшилки у камина» в размышление о том, зачем люди вообще пересказывают друг другу пережитое, почему меняют подробности и можно ли с помощью чужой истории договориться с собственным прошлым.

В 1975 году таинственная Эвелин (Эмили Элин Линд) появляется без приглашения на праздничной вечеринке. Она рассказывает о Томе (Ник Нолти), пожилом затворнике, который в 1953 году спасает во время метели молодую актрису Элис (Кейли Коуэн). Та, чтобы скоротать ночь, начинает собственный рассказ — о начале XX века, фермерской паре Ребекке и Эмметте (Аделаида Клеменс и Скут Макнэри) и найденном в снегу подростке Калебе (Аттикус Аффлек). В округе тем временем происходят жестокие убийства, а гость, слишком много повидавший для своего возраста, с каждой сценой выглядит все менее случайным пришельцем. Дальше повествование продолжает раскрываться, словно матрешка, и постепенно связывает несколько поколений одной цепочкой утрат, обид и попыток объяснить необъяснимое.

Снег, темнота, редкие источники теплого света, пустые пространства и ощущение того, что за стенами дома начинается территория, где привычные правила перестают действовать, погружают зрителя в атмосферу таинственности и загадочности происходящего. В картине есть что-то от старых пограничных легенд, от фольклорного хоррора и от вестерна, в котором опасность исходит не только от внешнего мира, но и от самого человека. Даже когда действие фильма становится камерным, пространство за дверью продолжает оказывать давление на персонажей.

Особенно примечательно, насколько цельно выглядит фильм при восьми операторах, указанных в титрах, среди которых Масанобу Такаянаги, Лаклан Милн, Адам Аркапоу и Марцелл Рев, а также сам Кейси Аффлек. Разница работы кинематографистов почти не считывается, а вся визуальная стратегия картины подчинена единому принципу. 

Аффлек вместе с соавтором сценария Роном Хансеном, автором романа «Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса», явно получает удовольствие от самого процесса рассказывания своих историй. Связь с экранизацией Эндрю Доминика 2007 года, где Аффлек сыграл Роберта Форда, возникает не только биографически. Калеб кажется одновременно уязвимым и опасным, потерянным и слишком хорошо понимающим чужие слабости. В обоих случаях интереснее всего, почему окружающие хотят поверить именно в такую версию этого человека.

Каждый из героев что-то получил от другого человека и что-то потерял, каждый ведет внутренний счет добру, причиненному злу и нанесенному ему ущербу. Отсюда главные темы картины — горе, месть, прощение, сострадание и способность перестать требовать от мира компенсации за собственную боль. В лучших сценах эти идеи реализуются посредством действия — один человек впускает другого с холода, кто-то решает поверить незнакомцу, кто-то, напротив, превращает старую обиду в оправдание нового насилия. 

Название «Компания» постепенно приобретает несколько оттенков. Это и компания людей, собравшихся в доме, и присутствие другого человека рядом, способное оказаться спасением или угрозой, и сама потребность человека не оставаться наедине со своим прошлым. Аффлек снимает кино, в котором чужак постоянно входит в чужое пространство — гость на праздник, актриса в дом отшельника, подросток на ферму. В каждом случае хозяевам приходится определять меру гостеприимства, и где проходит граница между состраданием и опасной доверчивостью. Через повторение одной и той же ситуации в разных эпохах фильм приходит к мысли, что человеческие отношения строятся на готовности принять риск его присутствия.

Для Кейси Аффлека эта работа выглядит логичным продолжением небольшой, но последовательной режиссерской фильмографии. Его дебют «Я все еще здесь» о Хоакине Фениксе был показан на Венецианском фестивале вне конкурса в 2010 году и получил одну из параллельных наград. Вторая игровая режиссерская работа — постапокалиптическая драма «Свет моей жизни» в 2019 году была представлена на Берлинале, где состоялась ее мировая премьера в программе Панорама. 

На этом фоне «Компанию» интересно рассматривать именно как заявление режиссера, которому больше не требуется доказывать актерскую состоятельность. В его предыдущих постановках уже были заметны интерес к изоляции, моральной ответственности и способности одного человека отвечать за другого. Здесь эти темы складываются в более амбициозную форму. Сам Аффлек называет три фильма своего рода непреднамеренной трилогией, от героя, почти полностью поглощенного собой, через героя, живущего ради другого, к вопросу о том, как примириться с доставшейся человеку жизнью. В «Компании» эта идея присутствует в самой структуре, вед здесь прошлое не исчезает, оно каждый раз становится рассказом, который получает следующий слушатель.

Аффлеку удается придумать несколько выразительных историй, но не всегда удается убедить, что каждая из них необходима для фильма. За изяществом переходов между эпохами теряется эмоциональное нарастание, а обещание большой тайны оказывается менее оригинальным, чем сам путь к ней.

Тем не менее «Компании» трудно отказать в индивидуальности. Это мрачная зимняя притча, которая использует жанровые страхи для разговора о вполне земной вещи — о человеческой склонности считать причиненную нам боль исключительной и потому дающей право причинять боль дальше. Аффлек предлагает другой выход. Долг перед прошлым нельзя погасить, потребовав возмещения у мира, но его можно только преобразовать в то, что ты сам способен дать следующему человеку. В самые удачные моменты «Компания» доносит эту мысль без лишних слов — через открытую дверь, место у огня и решение не оставить незнакомца одного на снегу.