Берлинале 2025: «Свет» и тьма

13 февраля 75 Берлинский международный кинофестиваль был торжественно открыт новым фильмом Тома Тыквера «Свет» / «Das Licht», который представлен во внеконкурсной программе Special. Фильм-головоломка о таинственной сирийской иммигрантке-домработнице, предлагающей немецкой семье радикальный способ возобновить общение друг с другом. 

«Свет» — первый фильм режиссера Тома Тыквера за почти десять лет и самая его личная картина. Полный метр «Голограмму для короля» с Томом Хэнксом в восточных локациях он снимал в 2016 году, а после был занят прогремевшим сериалом «Вавилон-Берлин», в котором вышло четыре сезона. 

Берлинский фестиваль для Тыквера родной, дважды его картины уже открывали смотр и дважды участвовали в конкурсе.

В новой работе, с одновременно простым и многозначительным названием «Свет», режиссер размышляет о разобщенности людей 21-го века, даже в отдельно взятой семье, и вполне себе зримых проблемах либерального общества, которое, возможно, уже не подлежит восстановлению. Тыквер экспериментирует с разными способами повествования, с помощью них раскрывая внутреннюю жизнь своих персонажей. 

Семья Энгельс живет в захламленном, богемно-потрепанном доме, в одной квартире, но как будто на разных планетах. Привычно опаздывающий Тим (Ларс Айдингер) считает себя левым интеллектуалом, стремящимся к общественным переменам, работая при этом над сомнительными рекламными кампаниями. Его измученная жена Милена (Николетт Кребиц) 15 лет занимается «развитием» Кении и безуспешно пробивает общественный театральный центр в трущобах — проект, немецкое финансирование которого теперь находится под угрозой.

Их 17-летняя дочь Фрида (Эльке Бизендорфер) — девушка с дружной группой друзей-активистов, которые употребляют запрещенные вещества и, когда не устраивают протесты, то отрываются на танцполе. Брат-близнец Фриды Йон (Юлиус Гаузе), напротив, замкнут и чувствует себя свободно только в пространстве VR-игры. Фрида исследует свою сексуальность, в то время как Йону не хватает смелости перенести зарождающийся онлайн-роман в реальный мир.

Парное консультирование у психолога не помогло снять напряженность в браке Тима и Милены. Он чувствует себя невидимым и нежеланным, а она считает материнство конкретной проблемой. На терапии Милена признается, что роды были мучительным опытом. С тех пор ее медленно нарастающая обида на неблагодарных близнецов только крепла.

Каждую вторую неделю в дом приходит пятый член семьи — восьмилетний мальчик Дио (Элиас Элдридж), имя которого по-итальянски означает Бог. Это ребенок, который появился в результате внебрачной связи Милены в Найроби с Гордоном (Тоби Онвумере) — темнокожим мужчиной, недовольным своей жизнью в Берлине. Дио постоянно напевает песню «Богемская рапсодия» группы Queen, которую можно интерпретировать, как гимн выходу из тьмы, чтобы жить подлинной жизнью. 

В какой-то момент в их семье появляется загадочная домработница из Сирии — Фарра. Она проявляет чуткий интерес к каждому члену семьи, выслушивая проблемы, которыми они отказываются делиться друг с другом. Постепенно домработница убеждает их всех попробовать ее стробоскопическую светотерапию для стимуляции мозговой активности и нейронных реакций. В конечном итоге Фарра собирает их на групповой сеанс, но когда Энгельсы понимают, что у нее есть собственные скрытые мотивы, может быть слишком поздно.

История происходит в современном Берлине, прямо здесь и сейчас, с постоянным сильным ливнем в каждом кадре, будто предвещающим грядущий апокалипсис. На протяжении всего фильма появляются песочные часы, где вместо песка капает вода, недвусмысленно указывая на что-то зловещее.

В фильме песни и танцы происходят как сновиденческие галлюцинации, которые есть у каждого персонажа. Важную роль в создании этих сцен сыграл хореограф Эйке фон Штукенброку и художник по костюмам Пьеру-Иву Гейро. Операторская работа Кристиана Альмесбергера изящна и динамична, а электронная музыка Джонни Климека изменяется в зависимости от тона и настроения фильма.

«Кризис немецкого общества настолько глубокий, что его надо решать прямо сейчас. За прошедшие десять лет мир не изменился к лучшему и теперь катится к непонятному и очень опасному знаменателю. Мне хочется, чтобы люди начали смотреть по сторонам, чувствовать и осязать, как это, по моему мнению, умеют мигранты. Даже с помощью новомодной лампы, которую никакой беженец не смог бы себе позволить», — говорит режиссер Том Тыквер.